ЦАРСТВЕННА ІНОКИНЯ. У ПОКРОВСЬКОМУ МОНАСТИРІ КИЄВА ВШАНОВУЮТЬ ВИДАТНУ ЗАСНОВНИЦЮ ОБИТЕЛІ — ВЕЛИКУ КНЯГИНЮ АНАСТАСІЮ

Багато хто не розумів її життя. Ті хто, звикли бачити її в оксамиті, у царських палатах не уявляли її в монашому одязі. Не кожен зміг роздивитися, чому Велика княгиня на призвище Романова, залишила свій палац. Вона ж була впевнена, що має шукати не земного царства, а Царствія Небесного.

«СЕКТЫ – ЭТО БЕГСТВО В НИКУДА»

Чем секта отличается от Церкви, как в нее не попасть и что делать, если кто-то из вашей семьи там оказался? На эти и другие вопросы СПЖ ответил известный украинский сектовед, руководитель антисектантского информационно-просветительского центра «Надежда», профессор богословия, преподаватель КДАиС Виктор Чернышев.

ДВА АРТЕМИЯ: ГЕНЕРАЛ И ОБЫЧНЫЙ ОТРОК

Имя Артемий — одно из самых распространенных с давних времен. До канонизации новомучеников XX века этим именем нарекали в честь двух святых: великомученика Артемия Антиохийского (казнен в 362 году) и праведного отрока Артемия Веркольского (1532–1545). Между жизнью этих людей лежит двенадцать веков. Судьбы их совершенно различны. Но память совершается в один день — 2 ноября.

ТАЄМНИЦЯ СПИСА ЛОНГИНА СОТНИКА: ЯКИЙ ЗВ’ЯЗОК МІЖ ГОСПОДОМ, ЛОНГИНОМ І ГІТЛЕРОМ?

Його ім’я згадується євангелістами під час розповіді про Хресну Жертву Спасителя. Його зброя отримала назву «Спис долі» та стала не лише визначною реліквією, а й одним із сакральних символів християнства. Його ім’я – Лонгин Сотник, і пам’ять його звершується 29 жовтня.

ЗАУПОКОЙНЫЕ БОГОСЛУЖЕНИЯ: О ПРАВИЛЬНОМ ПРОВЕДЕНИИ, ДЕЙСТВУЮЩИХ ЛИЦАХ, СВИДЕТЕЛЬСТВЕ О ХРИСТЕ

Церковь освящает не только плоды рук человеческих, не только призывает Божье благословение на все человеческие труды, но освящает и само время, в котором христианин совершает свой жизненный подвиг. Это видно из включения понятия времени в строй православного богослужения.

ПЕЧАЛЬНО НЕ НАИГРАВШИЕСЯ ДЕТИ

В этом году от осуждения современных детей мы плавно перешли к восхвалению. Они вдруг оказались «лучше нас», «чище» и «смелее». Их называют первым непоротым поколением и последней надеждой на свободу. А они просто, в первую очередь, не наигравшиеся дети.